К страницам 16–17 учебника.
Учебник говорит: варвары не могли поддерживать в должном состоянии имперские дороги и акведуки, библиотеки, школы и театры. Слово тут ключевое — поддерживать.
Дорога, водопровод, библиотека и школа — это не постройки, которые один раз возвели и забыли. Каждой из них нужны деньги и люди каждый год: чинить покрытие, чистить трубы, платить учителю, переписывать ветшающие книги. Пока работала имперская казна, эти расходы были обычным делом. Без неё вещи не рушатся в один день — они просто перестают обновляться и ветшают.
Поэтому в Восточной Римской империи греко-римская цивилизация, обогащённая христианством, сохранялась и развивалась, а на Западе начала приходить в упадок: там казны прежнего размера больше не было.
К V веку церковь уже пользовалась влиянием и среди римлян, и среди германцев. Хотела ли она сохранять античную науку и искусство? Многие её служители считали, что христианам нужна не языческая учёность. Но кое-что сохранять пришлось — просто потому, что без этого не получалось делать своё дело.
Это очень практичный список. В нём нет ни поэзии, ни философии ради неё самой. Есть язык, счёт, ремесло и способ передать всё это дальше.
Строчка «без античных знаний астрономии и календаря невозможно было определить даты христианских праздников» выглядит как проходная. На самом деле за ней стоит вот такая задача.
Пасха — главный христианский праздник, и от неё отсчитываются другие. Её дата не закреплена за числом: её надо вычислять, следя сразу за Луной и за днями недели. Без человека, который умеет это считать, церковь просто не знает, когда праздновать.
Вот вам и ответ на вопрос, зачем церкви понадобилась «языческая» наука: не ради любопытства, а чтобы назначить дату.
Из всего античного богатства уцелело в первую очередь то, что кому-то требовалось для дела. Латынь — потому что на ней служба. Астрономия — потому что Пасха. Строительная техника — потому что храм. Школа — потому что без неё через поколение не останется ни того, ни другого, ни третьего.
Церковь сохранила и приспособила под свои нужды позднеримскую систему образования — и она составляла основу знаний в течение всего Средневековья. То есть школьная программа следующей тысячи лет сложилась именно в эти годы нашествий и разорения.