К страницам 93–95 учебника.
Изменения в жизни крестьян происходили очень медленно: в начале Средневековья поле вскапывали лопатой, землю рыхлили мотыгой или руками, удобрения почти не использовались, урожаи были низкими, и крестьяне нередко голодали. А с XI по XIII век произошло сразу несколько важных перемен. Первая из них — трёхполье.
Вспомните двуполье из первого параграфа: пашню делили пополам, половину засевали, половина год отдыхала. Здесь то же самое, только частей три — и отдыхает одна из трёх, а не одна из двух.
Хитрость в том, что два засеянных поля засевают по-разному. Озимое сеют осенью, оно зимует под снегом и созревает раньше. Яровое сеют весной. Значит, и работа, и урожай раскладываются на разные месяцы: если одно не уродится, второе может выручить.
Это тот редкий случай, когда прибавку можно посчитать на пальцах. При двуполье родит 1 поле из 2, при трёхполье — 2 из 3. Отношение 2/3 к 1/2 — это ровно на треть больше. И никакой новой земли для этого не потребовалось.
Дальше учебник выстраивает цепочку, которую стоит запомнить целиком: новшества привели к росту урожаев и улучшению жизни, население заметно увеличилось, земли стало не хватать — и чтобы прокормиться, земледельцы начали вырубать леса и осушать болота.
Обратите внимание, что это замкнутый круг наоборот: стало лучше → стало больше людей → снова стало тесно. Феодалы этому не мешали, а поощряли: сдавали новые участки в аренду или нанимали для работы безземельных крестьян — батраков.
Самая недооценённая вещь в этом списке — хомут. Он выглядит мелочью, но именно он позволил заменить вола лошадью, а лошадь подвижнее и выносливее. Поле, которое вол пахал день, лошадь проходит быстрее — и, значит, за то же время можно вспахать больше.
А мельница — первая машина, которую крестьянин видел в своей жизни. Она делала тяжёлую работу без человека и без животного, и это было настолько непонятно, что породило страх: мельника считали колдуном.
Крестьянская деревня была обнесена изгородью, а иногда валом и рвом — от опасностей. Но защищала её не только изгородь. Крестьяне одной деревни составляли общину и сами решали свои дела.
Посмотрите на первый пункт: когда начинать сев. Почему это решают сообща, а не каждый у себя? Потому что при трёхполье поля общие по порядку: все три части деревни засеваются вместе, и после уборки на жнивьё выпускают скот. Если сосед посеет не тогда, когда все, его посевы вытопчут.
А самый суровый пункт — распределение повинностей. Феодал требует с деревни, а сколько с кого — решает сама деревня. Это и защита, и тяжесть: спорить придётся не с сеньором, а с соседями.
Пока хозяйство было натуральным, деньги в деревне почти не появлялись. А теперь пшеницу, овощи, фрукты и овец стали выращивать не только для себя, но и на продажу.
Значит, у крестьянина завелись деньги. И это меняет всё. Начиная с XIV века некоторые феодалы заменяли барщину и натуральный оброк оброком денежным — им так удобнее: деньги можно потратить где угодно, а зерно надо ещё продать.
А там, где повинность стала деньгами, появилась и следующая мысль: если можно заплатить за землю, можно заплатить и за себя. Крестьяне могли получить личную свободу, заплатив выкуп.