К страницам 145–147 учебника.
В результате монгольского нашествия многие процветающие страны пришли в упадок. Население захваченных земель было обязано платить ханам дань и поставлять воинов в монгольскую армию, а малейшее неповиновение каралось смертью. И при этом — читайте дальше внимательно — с течением времени на огромных пространствах от Китая до Европы установился относительный мир.
Про ямы стоит подумать отдельно. Представьте гонца, которому надо доставить приказ через полматерика. Если лошадь одна, скорость ограничена тем, сколько выдержит лошадь. Если лошадей меняют каждые несколько десятков километров, скорость ограничена только тем, сколько выдержит человек.
Слово это, кстати, дошло до русского языка: отсюда ямская гоньба и ямщики.
На самой пайцзе написано: «Тот, кто не будет с благоговением относиться, да будет виновен». То есть это не просто пропуск — это угроза тому, кто помешает предъявителю.
Учебник сравнивает прямо, и сравнение это неожиданное.
Чингисхан был язычником и не выказывал предпочтения ни одной из религий. Такая веротерпимость облегчала управление державой, населённой многочисленными народами, которые придерживались разных верований, — и выгодно отличала монголов от западных рыцарей, считавших себя крестоносцами, которые должны насаждать на захваченных землях католичество и европейские порядки.
Вернитесь к десятому параграфу и сопоставьте. Крестоносец приходит, чтобы переделать веру побеждённых. Монгол приходит за данью и воинами, а молиться оставляет кому как угодно.
Это не делает завоевание мягче: дань платили и неповиновение каралось смертью. Но управлять империей из десятков народов так действительно проще, и в этом был расчёт.
Обратите внимание на первую строку: именно веротерпимость в итоге и подточила единство. Пока монголы кочевали, они были одним народом с одними обычаями. Осев, каждая часть приняла веру и порядки того места, где осела, — и перестала быть похожей на остальные.
Посчитайте срок. Курултай провозгласил Темучина Чингисханом в 1206 году, окончательный распад — середина XIV века. Около полутора веков.
Это дольше, чем держались все кочевые империи из второго пункта, — но всё равно кончилось тем же самым: междоусобицами между наследниками.
Когда Чингизидов стали оттеснять от власти, в Средней Азии поднялся Тимур (Тамерлан), 1336–1405. Он не был потомком Чингисхана, но с детства мечтал о его славе.
Прозвище пришло от раны: в одном из сражений его ранили в правую ногу, и он стал Тимур-э Лянг — Тимур Хромой. Неграмотный, но с блестящей памятью, он овладел несколькими языками и удивлял собеседников познаниями, почерпнутыми из бесед с учёными и книг, которые ему читали вслух. Любимой игрой его были шахматы.
Что он успел: взял под контроль большую часть Великого шёлкового пути, разбил хана Золотой Орды Тохтамыша, разгромил турецкое войско и пленил султана, подверг страшному разгрому города на севере Индии. Всё захваченное стекалось в его столицу — Самарканд. В 1405 году Тамерлан умер в походе на Китай.
Учебник подводит итог одной строчкой: сравняться с Чингисханом ему не удалось.