К страницам 205–206 учебника.
Лишь в конце XIV века на Западе осознали, сколь серьёзная опасность грозит Византии, да и всему христианскому миру. Дальше было четыре попытки что-то сделать.
Вторая рамка — самая необычная. Турки уже готовились к осаде Константинополя, когда на их владения в Малой Азии обрушился Тимур. Он разгромил османское войско и пленил султана, а в свою кочевую империю вернулся с богатейшей добычей.
Это поражение и последовавшая за ним борьба за власть у османов отсрочили падение Византии. Империю спас человек, который о ней не думал вовсе.
Используя передышку, василевсы пытались добиться от правителей Западной Европы более существенной помощи. Ради этого они пошли на церковную унию — объединение с католиками.
Унию приняли в 1439 году на соборе, проходившем в итальянских городах Феррара и Флоренция. И вот ключевая оговорка учебника: почти все разногласия были решены в пользу Рима.
Чтобы понять, что это значило, вернитесь к восьмому параграфу: разделение церквей на католическую и православную произошло за четыре века до этого, и спорные вопросы были принципиальными. Теперь их все решили в одну сторону.
Результат был обратный ожидаемому. Бо́льшая часть православных в Византии и за её пределами унии не приняла, а вражда сторонников и противников ещё более ослабила империю.
У Флорентийской унии было продолжение, которое прямо касается русской истории.
При подписании присутствовал грек Исидор, поставленный решением константинопольского патриарха митрополитом всея Руси. Он был ярым сторонником унии и подписал документ, а вернувшись в Москву, призвал к подчинению папе.
Дальше события развивались быстро:
От Константинополя до Москвы — 1756 километров. Решение, принятое во Флоренции, изменило устройство церкви на другом конце Европы — и не так, как рассчитывали его авторы.
Военная помощь Запада оказалась очень ограниченной. Очередное войско крестоносцев было разбито под Варной, после чего Византия осталась с Османской империей один на один.
Посмотрите на всю цепочку ещё раз. Из четырёх попыток две были военными и обе кончились разгромом крестоносцев; одна удалась случайно и благодаря чужому завоевателю; одна была дипломатической и обернулась расколом.
Это и есть ответ на вопрос, с которого параграф начинается: что нужно было предпринять христианским странам Балкан, чтобы спастись. Судя по этому пункту — то, чего они так и не сделали: договориться между собой вовремя, а не искать спасения поодиночке и в последний момент.